– Мдаааааа, - протянула Белла.

– Молодая женщина до сих пор пишет во все инстанции, доказывает, что ее подставили, добивается пересмотра дела и снятия судимости. Но наши долдоны скорее поверят уважаемой госпоже хозяйке школы, фабрикующей селебритис, чем ранее судимой за распространение наркопрепаратов и убийство особе. "Осудили - значит, виновата; были следствие, суд, вина доказана - значит, так и есть; мало ли, что эта бандитка натреплет от злости; ишь, на кого голос подняла, на какую персону замахнулась" - так реагируют практически все на попытки внучки Фурштадтского доказать, что Лора со своим прикормленным юристом схимичили с завещанием актера и искусно убрали всех конкурентов вдовушки.

– У нее есть свой юрист?

– Он и сейчас при ней. Девка асфальтовая в штанах, - брезгливо сказал Ефим, - я таких презираю. Я и сам не в белом пальто, но у меня есть принципы и есть границы, которые я не переступаю, а этот за гонорар мать родную по этапу отправит, Дом малютки подожжет и голым по Невскому пробежит. Подвизается при хозяйке, помогает ей отовсюду чистенькой выходить и, может даже в постели ублажает. Говорю же, вроде тех, которые номера на асфальте пишут, тьфу!

В трубке что-то запиликало.

– Кому-то из нас пытаются позвонить, - заметил Ефим, - скорее всего, тебе. Колись, Белка, веселишься на приволье?

– А как же, - беспечно сказала Белла, - под моими окнами уже собралась толпа бравых морячков, вернувшихся из загранки, они орут серенады и укладываются в штабеля. А ты думал, что мы будем скучать без вас?

– Передай им, пусть лучше сваливают, - засмеялся Коган, - а то я приеду и поганой метлой их разгоню, голыми в Африку пошлю, пальцАми пИнгвинов ловить, как говорила моя учительница географии, когда я срывал ей урок.

– Ты еще и уроки срывал, - воскликнула Белла, - ох, не была я твоим классным руководителем.

– А я бы не отказался, - весело парировал муж, - особенно в старших классах!

Уже прощаясь, он еще раз попросил:

– Будьте осторожны с этой артистической вдовушкой. Такая на все способна. Помнишь Соколову? Так эта Лора Яковлевна - ее копия, если не хуже.

– Помню, - притихла Белла.
– Кстати, Фима, это правда, будто Соколова отделалась легким испугом?

– Угу... Все стрелки на других перевела, тех, кто был ближе всех, утопила на суде, получила ерунду какую-то и укатила в Англию к детям...

– Положим, кое-кого ты ей помог утопить, - напомнила Белла.

– Это был мой личный счет, - негромко сказал Ефим, - никто не вправе причинять вред моим близким. Так я понимаю свой долг мужчины, мужа, защитника. Да и потом, ЭТА получила по заслугам. На ней тоже немало грязи, но, если бы не я, она бы тоже выскользнула. Я видеть не могу, как из-за прорех в законах и параграфах некоторые особы выскакивают сухими из воды и ржут: нет, мол, у вас методов против Кости Сапрыкина, строгость законов-де нивелируется необязательностью их исполнения. Для меня дело чести - вызволить невиновного и сделать так, чтобы преступник не свободным из зала суда вышел, гогоча над нами, как линдовский гусак, а в "столыпин" под конвоем сел. Пусть там по пути в колонию погогочет. И если я того и другого добился - значит, не зря хлеб ем.

– Насчет хлеба нас уже упрекнули, - заметила Белла, - мол, борьба за справедливость - выгодное дело, раз мы в Елисееве продукты покупаем и в "Коринтии" ужинаем...

– Это сказал следователь или прокурор?

– Следователь. А откуда ты...

– Я знаю такие ситуации, как облупленные. Ты их в суде на карачки поставишь, а они в отместку начинают ядом брызгать. Наплюй! Я уже давно не замечаю, что там всякие утырки из-под лавки пищат.

– Кстати, следователь очень симпатичный, - снова поддразнила мужа Белла, - на Ихтиандра похож...

– Ты дошутишься, - предупредил Коган, - что я и впрямь приеду и устрою твоему Ихтиандру заплыв в унитазе.

– Лучше Карелину приструни, а то я раньше приеду и ее отправлю понырять, - предупредила Белла.

– Девчонки, да забудьте, - шумно выдохнул Коган, - Витьке и даром не нужна эта стрекоза крашеная. Мало ли что у них в юности было! У кого из нас нет прошлого?.. Я в 20 лет так жару давал!.. Но сейчас мы заняты делом, это во-первых, - а во-вторых, Уланову кроме Наташки никто не нужен, даже Мисс Вселенная.

Снова что-то запиликало. Попрощавшись с мужем, Белла увидела два пропущенных звонка от Наташи и набрала ее номер.

– Навицкая, что ты там Уланову написала?
– спросила она.
– Мне уже Фима звонил, выяснял, какая тебя муха ужалила.

– Об этом потом, - отрезала Наташа, - ты где? Суд уже закончился?

– Да. Степанов остается в больнице. А ты?

– Я в 19-м квартале, в "Котлине", решила зайти в кафе. Мне надо поесть что-нибудь горячее, чтобы согреться. Я обежала весь квартал и окрестности, почти до самой КАД, и отморозила себе задницу до костей.