— Чужой, — поспешила заверить, заглядывая советнику в глаза. — Не моей… — тяжело сглотнула и облизнула губы. Сообщила давно известное: — Люблю только тебя.

— И я люблю тебя, девочка, — тяжело выдохнул Грег. — До последнего надеялся, что ты передумаешь…

— Не могу, — прошептала Леяра, пытаясь подавить подступающие слезы. — У меня нет другой дороги.

— Знаю, — Грег слегка коснулся губами ее макушки. — Только отчего-то хочется сдохнуть.

Леяра потянулась поцеловать его, но советник покачал головой. Они обсуждали это: Грег не собирался быть третьим в ее постели, а одним поцелуем дело не закончится — но сейчас обговоренное нежелание дарить ласку ранило хуже железных колючек. Будто Леяра — маленькая девочка, плачет и зовет мать, а та не идет на зов.

— Не мучай меня… — хрипло выдавил он. — Прошу, — снова чмокнул в макушку. — Иначе не смогу тебя отпустить.

— Прости, — отступила Леяра, высвобождаясь из объятий. — Не знаю, как буду без тебя.

Грег не выдержал. Схватил ее за подбородок и впился в губы поцелуем. Жадным, почти грубым, но таким желанным.

— Буду ждать вечность, — прошептал, когда поцелуй иссяк. — Ты только вернись.

— Обязательно, — вымученно улыбнулась Леяра, направляясь к двери. — Мы справимся.

— У нас нет другой дороги, — констатировал советник, следуя за ней в коридор.

— Не нужно, не провожай, — кинула драконица, ускоряясь. Бегло поцеловала любовника в губы. Говорить было трудно, горло будто сдавил спазм. — Я вернусь, ты только дождись.

Грег ответил что-то, но Леяра не услышала. Как обиженный ребенок, бежала прочь. Слезы застилали глаза, и не давали даже вдохнуть по-человечески. А в голове вертелся давно знакомый вопрос: «За что?».

Не помнила, как добралась обратно. Кажется, лошадь сделала несколько лишних кругов по площади, а потом, сообразив, что не дождется указаний от всадницы, поплелась в родную конюшню. Леяра очнулась, лишь когда животное остановилось и знакомые руки помогли спешиться. Над головой зажглись магические огоньки.

— Значит так, — строго сказал муж, поймав ее взгляд. Леяре показалось на миг, что Тивой волновался за нее, но она тут же отогнала глупую мысль. Супруг невозмутимо продолжил: — Мне плевать на твои похождения, но есть один нюанс: хочу передать власть действительно своему ребенку. Поэтому будь добра, хотя бы пока не родился первенец, соблюдай брачные клятвы.

Леяра уставилась на Тивоя заплаканными глазами. Отчего-то сейчас он раздражал особенно сильно. Как узнал, где она? Зачем караулил? Какое ему вообще дело до нее?

— Баш на баш, — ехидно ухмыльнулась драконица, радуясь мысли о торге. — Я забываю про своих любовников, ты про своих любовниц.

— Согласен, — кивнул Тивой. — А теперь марш спать! Завтра полдня в дороге, а ты еще не ложилась!

Леяра хотела огрызнуться, но муж закинул ее на плечо и потащил в спальню. Она собралась было ударить супруга, но не успела. Тивой втолкнул ее в комнату и, бросив на кровать, удалился.

К ловчим выступили сразу после завтрака. Леяра обняла Майрана и невестку на прощание, пообещала брату писать и, устроившись в седле, вместе с прочими отправилась к открытому мужем магическому туннелю. Обычным путем до столицы ловчих города Мына добираться было чуть больше недели, а с дорожным артефактом Тивоя планировали прибыть на место к обеду.

Проход напоминал длинную пещеру с низким потолком и серыми неровными стенами. В полутемном туннеле пахло сыростью, а в спертом воздухе витал дух едва заметного подленького беспокойства.

На мгновение Леяра даже прониклась к мужу почтительным уважением. Держать проход такой длины, да еще и для нескольких всадников, дорогого стоило. Ясное дело — Тивой высший маг и его браслету покоряются многие артефакты, но поработить столь мощного повелителя пространства надо было постараться.

Магия людей не походила на драконью: крылатые управляли силами сами по себе с помощью заклинаний, мысленных или высказанных вслух, люди же создавали управляющий волшебными предметами — артефактами — браслет. Каждый артефакт умел что-то одно, давал доступ к природе единственного явления или вещи, и, порабощая его, браслет забирал все накопленные им свойства. От того, насколько силен маг, зависели возможности ручного украшения: то, какие оно могло подчинять волшебные предметы и над сколькими удерживало власть.

Повелители пространства, или попросту дорожные артефакты, считались самыми непокорными из магических. И одно то, что Тивой мог вести по созданному туннелю кого-то еще, недвусмысленно давало понять: связываться с наследником ловчих опасно. Маг он по меньшей мере неплохой.

Леяра, как и все драконы, недолюбливала замкнутое пространство и в туннеле чувствовала себя не в своей тарелке. Казалось, стены из серого шершавого камня сомкнутся прямо перед носом и она навсегда останется погребенной в жуткой твердыне. Руки покрывались липким потом, а по спине то и дело пробегал холодок. Ругая про себя жару и духоту, она подгоняла лошадь, но сопровождающие ловчие никуда не спешили, и драконице приходилось сбавлять темп.

Тивой ехал в самом конце, сосредоточенный и молчаливый, целиком поглощенный туннелем. Леяра вздохнула и, стараясь казаться незаметной, пустила лошадь рядом. Решила, что мага камни захватят в последнюю очередь, а значит, и она, случись чего, сможет спастись.

— Соскучилась по супружеским ласкам? — ехидно улыбнулся наследник ловчих, ненадолго отвлекаясь от магического действа.

— Пожалуйста, смотри вперед, — взмолилась Леяра. Казалось, любое слово может стать причиной потери контроля над туннелем.