— Ты выглядишь уставшей, — сказал я Анике, когда мы расселись вечером возле небольшого костра.

— Словно ты не устал, — огрызнулась Просветлённая.

Я с удивлением посмотрел на Анику. Чем дальше мы забирались вглубь меридианов и чем ближе подходили к цели, тем сильнее она нервничала. Буквально не находила себе места. Её движения стали дёргаными, резкими. Она то и дело срывалась на Элтара.

При этом она иногда посылала мне такие взгляды, будто молила о помощи. Я не понимал, что с ней происходит, хоть и спрашивал её несколько раз.

— Прости, Шейд, — сказала Аника и виновато опустила голову, — Просто разное в голову лезет.

— Проехали, — сказал я, хотя внутренне уже собирал силы, для того чтобы дать достойный ответ.

— Что с ней? — спросила Ариэлл, когда я отошёл к реке и начал один за другим бросать камни в воду.

— Хотел бы я знать, — ответил я, — Она словно что-то хочет сказать, но боится.

— Да, я тоже заметила. Хотя, возможно, это просто волнение. Я помню себя за несколько дней, до того как была на пороге формирования Истока. Тоже сильно нервничала.

— Нет, здесь, что-то другое, — ответил я и посмотрел на Просветлённую. Та лежала на покрывале, которое мы купили в одном из небольших посёлков восьмого меридиана, и не могла найти себе места.

— Если бы нам угрожала опасность, она наверняка сказала бы, — Ариэлл тоже взглянула на Анику.

— Да. А теперь нам пора спать. Уже завтра мы будем на месте и, наконец, приступим к формированию Истока и что-то мне подсказывает, что этот день не будет простым.

— Я вижу его! — крик Аники долетел до меня даже с расстояния пятидесяти метров.

Просветлённая слегка наклонилась вперёд, заставляя дрейка ускориться.

— Это Трон? — спросила меня Ариэлл, которая сидел позади меня, и обнимала за талию.

— Без сомнений, — ответил я.

Зелёная равнина перед нами простиралась до самого горизонта, но если напрячь зрение, то уже можно было увидеть очертания того места, куда я так стремился последний месяц. Трон — пережиток империи Иань — Ши и редчайшая жемчужина всего Шарда.

Огромный диск из серого камня инородцем раскинулся на зелёной равнине. Через каждые десять-двадцать метров от его края к центру тянулся шип в виде когтя монстра, чтобы встретиться со своими собратьями в самом центре круга.

Ни каких-либо строений, ни алтарей видно не было. Лишь голая сероватая плоскость.

Словно ощутив моё желание, дрейк начал набирать скорость. В ушах появился свист ветра, а лицо обдувало тугим потоком прохладного воздуха.

Не прошло и нескольких минут, как мы приземлились у основания этого гигантского сооружения.

— И зачем нам нужно было лететь сюда? — недовольно бросила Аника Эльтару и спрыгнула с дрейка.

С каждым днём настроение Просветлённой становилось всё хуже. Она кидалась на всех, кто хотел выяснить, что с ней происходит. Эльтару повезло меньше всех, так как он делил с Аникой место на спине дрейка. При этом я понимал, что настроение у боевой подруги испортилось не просто так. Аника явно боялась до дрожи в коленях. Я не понимал её чувств. Как по мне, ей стоило радоваться, что мы уже очень скоро получим столь нужные нам сейчас силы.

В то, что у нас получится, я не сомневался ни секунды.

— Здесь намного больше эора, — спокойно ответил Эльтар на вопрос Аники.

— Да? Я что-то не чувствую, — глаза просветлённой блеснули.

— Когда попадёшь внутрь, поймёшь.

Мне уже откровенно надоело поведение Аники, и я собирался разобраться с ним сразу же, как только мы немного отдохнём с дороги. Поэтому я молча отправился к краю Трона.

Ничего необычного я не чувствовал. После полного отсутствия эора в одиннадцатом меридиане двенадцатым ощущался весьма приятным. Но намного меньше, чем я ожидал.

Когда я оказался в метре от Трона, мои глаза уловили странное подрагивание воздуха, словно передо мной лежала некая невидимая пелена. Я медленно протянул ладонь вперёд. Мои пальцы пересекли невидимую черту и ничего не ощутили, кроме странного покалывания. Но оно было даже приятным.

Два быстрых шага вперёд и я пересёк черту.

— Ох… — с трудом выдохнул я и упёрся ладонями в колени, чтобы не упасть.

— Шейд, — взволнованно окликнула меня Ариэлл, но я вскинул ладонь, останавливая её.