— Спасибо, что рассказала. Но я все равно пойду.

Быстро промелькнули высокие заросли, и вот уже ноги вынесли его на знакомую лужайку к домику с красной черепичной крышей. Только ставни на окнах были плотно закрыты. Он обошел дом несколько раз, и вдруг почувствовал запах дыма. Из трубы вился дымок, а значит ведунья в доме, прячется от него за закрытыми ставнями. От него, или от себя?

— Эзара! — крикнул Рассел. — Эзара, отзовись! Я знаю, что ты здесь!

— Зачем ты пришел, Рас? — раздался скрипучий старческий голос. — Я же просила тебя не приходить.

— Я хочу посмотреть тебе в глаза, — Рас говорил медленно, почему-то каждое слово давалось ему с трудом.

— Ты больше никогда не увидишь меня, Рассел Северин, — послышалось тихое, и ему даже привиделось, как качнула она головой. Головой с длинными по пояс седыми волосами. Ему стало трудно дышать, горло перехватило.

— Почему, Эзара? Зачем? Ты же обещала мне…

— Я хотела стать моложе, — прошептала она и на миг в ее голосе мелькнули нотки той, прежней Эзары. Насмешливой, задорной, женщины, которую он впервые в жизни полюбил. Мелькнули и исчезли.

— Это из-за Гедеоны?

— Нет Рас, не из-за нее. Из-за тебя. Я не хотела потерять тебя, — последние слова она говорила шепотом. Рассел рванул на себя ставню, но та не поддалась.

— Пожалуйста, Рас, я не хочу, чтобы ты видел меня такой, ты должен помнить меня той, молодой и желанной.

— Но ты же можешь снова…

— Нет. У меня отобрали лицензию, я больше не ведунья, а обычная старуха, мэтр Северин.

— Расскажи. Я все равно не уйду, пока не узнаю.

— Хорошо. Он пришел попросить амулет против зачатия для своей жены, и я согласилась его изготовить. Это требовало не так много сил, но я попросила пять лет сверху. Цена его устроила, и мы договорились. А потом я узнала, что его жена беременна, и если она наденет этот амулет, то потеряет ребенка и навсегда останется бесплодной. Я заглянула в его черную душу, этот негодяй хотел потом обвинить ее в бесплодии, развестись и жениться на другой, более выгодной партии. Мне так стало жаль эту бедную девочку, а ведь она любила своего мужа, я это тоже прочитала у него в душе. Ее мерзавец муж знал об этом, знал и все равно собирался так хладнокровно с ней поступить. И я сменила заклинание…

— На что ты заговорила амулет? — Рассел сидел под окном, упираясь руками в колени, и спрашивал лишь бы спросить, будто это могло помочь заглушить ноющую боль, что растекалась по груди и грозилась разорвать его изнутри.

— На мужское бессилие, — в ее голосе Расу почуялось злорадство. — Он привел магических жандармов, те проверили договор, печати и наложили на мое ведание запрет. Еще и неустойку обязали ему выплатить, а что у меня есть, кроме моей жизни?

— Эзара, я подумаю, что можно сделать. Я порошу короля Сагидара…

— И чем тебе поможет его Светлость? — саркастически спросила Эзара. — Магическая жандармерия не подчиняется самому амиру, а ты говоришь!

— Но можно рассказать им правду!

— И кто же меня будет слушать? Да я бы все отдала, Рас, если бы вернуться… Ну хоть на пару часов.

— Я не оставлю это так, — Рассел решительно поднялся и отряхнулся, — ты подожди, я непременно что-то придумаю.

— Ты держишь путь к Пиковым скалам? — задержала его Эзара.

— Откуда ты знаешь?

— Тут ведь осталось всего ничего…

Рассел подождал еще немного, но больше ничего не дождался и направился было назад, но тут Эзара вновь окликнула его.

— Эй, погоди! Подойди поближе к ставням.

Северин пораздумывал, но все же вернулся к дому. Стукнула рама о ставни, и на землю что-то упало, Это был зуб, большой желтоватый и гладкий. А еще Рас заметил, как мелькнула за ставнями рука, высохшая, старушечья, в коричневатых пигментных пятнах.

— Это зуб турона, покажешь его моей сестре, чтобы она вам не отказала. И самое главное, когда будете идти, все время идите вперед, что бы перед вами не происходило, — она так старалась вложить в эти слова побольше многозначительности, что Рассел понял. — Постарайся сейчас это запомнить, каким бы потом невероятным и невозможным это тебе казалось.

— Я запомню. Спасибо, — Рас спрятал зуб в карман, — я пойду, Эзара. Я все сделаю, чтобы ты… — он хотел сказать, снова стала ведуньей, но потом передумал, — чтобы ты вернулась ко мне. Я скучал за тобой.

— Ты должен забыть меня, Рас, — она шептала, и он с ужасом понял, что она плачет, — найди себе другую женщину, красивую и молодую, Гедеона она хорошая, она тебе подходит…

— Какая Гедеона! — крикнул Рас и повторил уже тише. — Мне не нужна никакая Гедеона, мне нужна только ты, Эзара. И… прости меня, — он быстрым шагом направился к тропинке.

***

Ивейна старательно делала вид, что спит, чтобы сенора Кинара, с которой ее поселили в одном шатре, поскорее уснула. Завтра поединок, ей бы только пережить завтрашний день, а то у нее от одной только мысли о поединке холодели руки.

Лагерь разбили прямо у подножия Пиковых Скал, неподалеку от Драконьего кладбища. Сразу за ним начинался Спящий лес и тянулся до самого Эрдамана. Орланы увязались за кортежем и теперь с криком носились наперегонки у самых вершин скал, которые были скрыты пеной белых, плотных облаков.