можно было выработать план действий. Необходимость возрождения Совета Разумных

всем была понятна. Отмена рабства - первое, о чем следовало позаботиться новому

Совету. Причастность тексов к происходящему не вызывала сомнений. Они не могли

раствориться в пространстве. Нору, где они скрываются предстояло найти и

обезвредить. Разговор длился уже несколько часов, а фактов становилось все

больше.

Когда за окнами сгустилась тьма разбавленная мягким светом Теллуриуса и Атлии я

перепоручил заботы о Крэгусе и его людях вездесущему Бахме. Силурис и Норбан

отбыли донести разработанный нами план другим членам маленького Драконьего

братства.

– Пойду и я, друг, - сказал, поднимаясь со своего места Ильшур, - столько всего

еще предстоит проверить, но даже самым сильным из нас порой требуется

элементарный отдых.

– Ильшур, - тихо начал я, собираясь с мыслями, - те три женщины, которые были на

аукционе с землянкой…

– Я понимаю, что ты захочешь их вернуть, для твоей пары. Прослежу, чтобы они ни

в чем не нуждались в моем замке этой ночью, а с утра открою переход двоим из

них.

– Двоим? – мое удивление было настолько ярким, что даже сидящих рядом Тизкар

ухмыльнулся.

– Двоим, - как ни в чем не бывало подтвердил Ильшур, - малышку заисланку и

летианку я тебе верну, но огненную Муррию… Извини, друг, но я мужчина, и я пока

жив. Отдать ее сейчас выше моих сил!

– Ты не меняешься, - расхохотался я, - даже перед лицом нависшей угрозы ты

думаешь о плотских удовольствиях.

– А разве ты о них не думаешь? – парировал Ильшур.

– Я могу думать о них лишь с одной женщиной, - улыбнулся, с нежностью вспоминая

мою Кэт, теплую, маленькую, мирно спящую сейчас в моей кровати.

И вдруг отчетливо понял куда меня с неукротимой силой тянуло все время нашей

беседы. Я хотел сидеть рядом и смотреть, как она спит, поймать момент ее

пробуждения, увидеть свое отражение в ее сонных глазках. Я хотел просто быть

рядом. Всегда.

– Да, друг, ты остановил свой выбор на одном пироге, - рассмеялся этот пройдоха,

– я же намереваюсь отдать должное всему гастрономическому разнообразию.

– Посмотрю я, куда денется это разнообразие, когда на горизонте покажется твой

пирог, - не смог удержаться от шпильки я.

– О, надеюсь, это будет очень нескоро, - ухмыльнулся он, шагая в открывшуюся

арку, - утром пришлю девчонок.

И за этим сластолюбцем закрылся переход.

– Уважаемый Тизкар, - обратился я к Мудрому, - для меня честь принимать тебя в

моем доме. Будь моим гостем, пока не определишься со своим. Многие Дворцы

пустуют, но, если желаешь, мы отстроим тебе твой прежний.

– Нет, мой мальчик, - он печально улыбнулся, - без моей Лунны для меня любой

Дворец словно пустыня. Скоро ты поймешь меня, осознав в полной мере зависимость

от своей пары. Если не возражаешь, я приму твое гостеприимство.

– Буду рад, - я чувствовал в груди нервную пульсацию симбионта.

Это означало одно – скоро проснется моя Кэт. Ни за какие сокровища Вселенной я

не пропущу мгновение ее пробуждения.

– Мне тут Ильшур за столом поведал много интересного, - отзвался Мудрый, - я бы

хотел исследовать подвальную комнату, где тексы проводили свои ритуалы. У меня

много догадок на этот счет.

– Делай, что сочтешь нужным, Тизкар, - я был уже на пути к своей спальне и ничто

не могло меня остановить, - твои приказы в моем замке будут восприниматься как

мои.

В подтверждение своих слов отпустил поток силы. Искрящаяся змейка скользнула с

моих пальцев, растворяясь в пространстве. Никак не привыкну к тому, что вижу

ментально-энергетические потоки.

– Иди, иди, Анситор, - по-отечески напутствовал меня Тизкар, - ночь в своем

апогее и скоро день вновь сменит ее, ты нужен своей паре. А я найду, кто обо мне

позаботится.

В покои я практически влетел, чувствуя, что вот-вот мое неожиданное счастье

откроет свои прекрасные глазки. Она лежала на огромной кровати, такая маленькая,

такая хрупкая, такая вся моя. Медленно опустился в кресло, не в силах отвести

взгляд от своего сокровища. Как много я хотел сказать ей уже утром, после нашей