Должно быть, они хорошо меня видели – голубую полосу среди массы живых, – но никто из солдат Калида, похоже, не обращал на меня внимания, а может, им стало не до меня, как только мечи пошли в ход. Как же они грохотали! Резко остановившись у ворот, я смотрел на то, как толпы в блестящих доспехах бурлили на дворе. Ряды солдат теснили друг друга, и то немногое пространство, которое оставалось между ними, превращалось в площадку, где шла ожесточенная резня. Черная кровь летела по дуге над морем шлемов. Безумие происходящего на миг оглушило меня.

– Мертвые боги! Не стой столбом! – крикнул мне Острый.

Мой взгляд забегал из стороны в сторону; перепрыгивая через трупы, усыпанные сломанными стрелами, я метнулся в тень. Какой-то солдат влетел в стену передо мной; его ничем не защищенная голова раскололась, окрасив камень в самые разные цвета. Я проскочил мимо него до того, как упало его тело. Меня задело брошенное кем-то копье. Кровь какой-то кривозубой женщины залила мою рубашку, когда ей рассекли шею мечом. Ее предсмертный стон застрял у меня в ушах, стал жутким эхом рева и грохота, которые доносились со двора.

Каким-то образом мне удалось обойти поле боя стороной. Чаша весов уже склонялась в пользу полковника Калида. Его солдаты сражались на знакомой территории, и, кроме того, они были бывшими солдатами, набравшимися опыта в ходе войн на Разбросанных островах, а не тщедушными наемниками, которых вытащили из таверн и облачили в доспехи.

Когда Калид очистил от врагов вход в башню, во дворе уже было больше трупов, чем живых бойцов. Солдаты Темсы бежали или пробились обратно на улицу. Я присел рядом с лестницей и прижался к колонне. Калид и его солдаты стояли между мной и дверью. Я подумал о том, не броситься ли мне к задней части башни, но путь мне преграждали большие камни.

Снова раздался рев, и на этот раз он доносился из-за стен. Я услышал, как закричал Калид, отчаянно пытаясь построить своих солдат. Его люди забарабанили по большой двери башни. Похоже, что Темса кое-чему научился у Финела: часть его войск ждала на улице, готовая пойти в атаку.

– Полковник слишком рано захлопнул ловушку! – крикнул Острый.

Не слушая его, я уставился на ворота – туда, где появились Даниб и Джезебел. Их, словно черное море, окружала толпа людей в черных доспехах.

Побежав вверх по лестнице, я сосредоточился на ближайшем из людей Калида и врезался в его грудь. А затем с негромким стуком отскочил назад и неуклюже растянулся на ступеньках.

– Проклятая медь! – выругался я.

Солдат попытался рубануть меня мечом, но я покатился вбок, бешено размахивая Острым. По счастливой случайности мне удалось отсечь острие его клинка; солдат пошатнулся и что-то крикнул полковнику.

Тогда Калид заметил меня – в окровавленной сорочке, с поддельным белым пером на груди, ошеломленно протирающего глаза кулаками.

– Келтро! – крикнул он. Увидев, что я повернулся к нему, он понял, что это я. – Хватайте этого призрака и тащите его в башню!

Трое солдат вышли из строя, чтобы поймать меня. Я не стал сопротивляться: мне очень хотелось оказаться в башне, подальше от всего этого хаоса. Я прижал Острого к груди, и, возможно, из-за белого пера они не забрали у меня оружие. Скорее всего, они решили, что я – свободный призрак, и поэтому их руки вцепились в меня не очень сильно.

Крик Калида услышал Даниб. Огромный, закованный в доспехи призрак косил солдат Хорикс своим мечом, и ни один живой человек, находившийся во дворе, не мог устоять перед этой чудовищной силой и тяжелым клинком. Даниб пропускал десятки ударов, но они не останавливали его яростное продвижение. Те, кто уходил от его меча, попадали под удары секир Джезебел. Она размахивала руками, как мельница, и, словно спятивший дровосек, рубила все, что движется.

Я тоже заколотил по двери. В промежутках между ударами я почувствовал, как вздрагивают замки. Хорикс слишком хорошо заперлась.

– Полковник! – крикнул я. – Торопись, мать твою!

Калид обвел взглядом двор – увидел каждый труп, каждого врага в черной броне, каждый удар меча Даниба. На то, чтобы принять решение, у него ушло не более секунды; взревев, он ударил мечом по своей груди и зашагал навстречу Данибу. Я выгнул голову, вцепившись в стальную дверь. Я никак не мог пропустить это зрелище.

– Все в башню, бегом! – заревел он.

Полковник сам был огромным, но призрак был выше его на фут или больше. Пары Даниба вырывались из отверстий решетки в щитке его нового шлема. Я пожалел о том, что рядом нет большого, рогатого и яростного зверя, который мог еще раз проучить призрака.

Зарычав, Даниб жестом приказал Джезебел отойти назад, и она продолжила рубить врагов. Калид ударил первым: проскользнув под рукой призрака, он вонзил меч в щель в его броне. Полетели красные искры: закаленная медь нашла свою цель.