Маховик раскрутился, и авантюра с освобождением сектора трансформировалась в прибыльное мероприятие. Об освобождении Корвуса простые адепты говорили мало. Больше их интересовало, где можно сдать добычу подороже и купить снаряжение и ценные эликсиры подешевле.

Казалось, в таких условиях к сектору стечется столько желающих поживиться, что Пузырь схлопнется сам собой. Однако аналитики предупреждали, что большие скопления адептов в одном месте могут привлечь новых монстров. Это же была давняя особенность монстров — они любили нападать на большие поселения. Собственно, из-за этого адепты и размазались тонким слоем по всему Первому Радиусу.

Однако монстры пока ни разу не покинули пределов серой зоны и ни разу не напали на адептов снаружи. Причин никто не знал, но адепты решили, что снаружи Пузыря им мало что угрожает. Они, конечно, не расслаблялись до конца, но и незащищенные поселения организовывать не боялись.

Некоторые охотники даже предпочли бы, чтобы монстры высунулись из серой зоны — снаружи на них охотиться было проще.

Так или иначе, количество охотников и мастеров увеличивалось с каждым днем, и никто не знал их точного числа. Одновременно с этим росло количество добычи, которую нужно было где-то реализовать, чтобы потом потратить вырученные кредиты на новое вооружение и усиление. А мастерам, наоборот, требовался материал для производства.

Это был взаимный процесс — обеим сторонам требовалось где-то встречаться и обмениваться товарами. А также требовалось устанавливать цены.

Одним из таких механизмов стали аукционы. Они проводились каждый день, но самым крупным стал еженедельный аукцион Глирда, где участвовали исключительно большие игроки: великие школы, крупные гильдии и кланы. Продавцами же, как правило, выступали закупщики, собирающие добычу у многочисленных мелких отрядов охотников, или альянсы этих охотников. На основании торгов определялась текущая цена на врата. В будущем аукцион должен был смениться полноценной биржей, но пока это было самое значимое мероприятие на Глирде.

И вот один из таких аукционов начался.

Он проводился в большом Торговом Зале, специально построенном офисом Арбитра. Попасть сюда в этот день могли только избранные, а за сделками следила думающая машина. Порядок также обеспечивался офисом Арбитра. Впрочем, Кляйн был заинтересован в этом в первую очередь, так как получал свой процент от каждой сделки.

Но более всего он был заинтересован в порядке сегодня, когда привел с собой специального гостя. Отпускать Разрушителя одного Кляйн опасался. Вдруг тот оправдает свое имя. Но и не пускать ценного гостя на аукцион Кляйн не решился — вдруг тот продемонстрирует свою сущность лично Кляйну.

Поэтому Арбитр принял самое верное решение — решил сопроводить Алекса.

Еженедельный аукцион Глирда. Гоен.

Господин Гоен разгуливал по огромному залу. Помещение в несколько раз превышало зал для торжественных встреч в его личном дворце, но Гоена это абсолютно не беспокоило, потому что по роскоши и убранству заурядный зал не шел ни в какое сравнение с дворцом. Собственно, это был просто огромный ангар, в котором в другое время могло расположиться какое-нибудь производство или вообще склад.

«Ничего другого от Кляйна я и не ожидал, — презрительно подумал Гоен. — Нет в нем чувства прекрасного. Просто зарабатывает деньги и все. Хотя для Арбитра это же самое главное. Гм… может, он ждет, что альянс будет платить Глирду? Не дождется. Все равно не он принимает решения…»

При мысли об Арбитре настроение испортилось. Прошло уже несколько дней, однако Кляйн так и не выполнил своего обещания — не поспособствовал передаче сектора, хотя клялся сделать все необходимое.

Что-то у Совета, как всегда, пошло не так. Правда, это не удивляло — в мире адептов бюрократические проволочки могли тянуться годами. Однако Гоена сейчас отговорки не устраивали.

«Почему Кляйн тянет? В конце концов, речь идет о безопасности! Или он не считает меня способным ее обеспечить?» — снова задумался Гоен и обратился к своей думающей машине, с которой мог поддерживать связь в любой точке Глирда.

— Зиглар, есть новая информация по нашему вопросу?

— Я проверяю реестр каждый час, но пока статус сектора не изменился…

— Меня не реестр интересует! — рявкнул Гоен. — А результат!

Его прикрывал специальный артефакт, поэтому никто не обратил внимание на повышенный тон. К тому же они разговаривали на родном языке Гоена, который знал только Зиглар. На этом языке когда-то общался и Ноколос. Но Ноколос погиб. Собственно, во всем Первом Радиусе остались лишь двое разумных, знающих древний язык.

А возможно, и во всей Вселенной, поскольку родной мир Гоена и Ноколоса давным-давно пал…

— Результатов нет, — невозмутимо заметил Зиглар, — иначе я бы сразу сообщил. Однако сегодня должна пройти встреча региональных представителей Совета. С вероятностью девяносто восемь процентов они проголосуют по нашему вопросу и вынесут положительный вердикт, — доложил Зиглар.

— Сведения точные?

— Я получил подтверждение час назад.

— Хорошо, ждем результатов, — буркнул Гоен. — Главное, чтобы Совет собрался…