— Жизнь научила меня всегда отдавать долги. Как тебя звать, пацан?

— Ничего себе «пацан». Мне уж четвертый десяток идет. Мое имя Воден. Воден Зануда.

Я усмехнулся — с такой напускной гордостью он произнес это нелепое прозвище. Будто меня это должно впечатлить. Ну и ладно.

— Я Маар. Но теперь, полагаю, у меня новое имя. Михаэль Эстелл умер. Да здравствует Михаэль Эстелл!

— Так, ну, общий расклад я понял. Я теперь — чудом и, разумеется, благодаря тебе, исцелившийся принц царства Эстеллвик. Колдовать я как не мог в прошлой жизни, так не смогу и в этой…

— Э-э, ну, во всяком случае, еще долго.

— Да это не важно, я и не планировал. Живем мы все в каком-то захолустье, эти залежи статиц… Крови Богов ты нашел и о них лучше никому не рассказывать, а то нас просто в порошок сотрут. Это ясно. А ты тут каким боком? Кто ты вообще, и зачем таскал с собой этого полоумного?

Похоже, сказывалась выработанная за три года привычка тезисно повторять все, что нужно запомнить. Как с набившими оскомину Инструкциями. Надо бы отвыкать. Учеба закончилась, началось дело.

Мы с Воденом сидели тут же, в пещере, озаренные столь милым сердцу лиловым сиянием статицита, или, как его называют здесь, Крови Богов.

Маг неплохо устроился — у него тут нашлась и пара приличных стульев, и на стол с инструментами для работы по камню быстро был установлен самогреющийся котелок, в который Воден бросил пару щепоток каких-то синих листьев.

А он, оказывается, мой ровесник. Глядя на его гладкую кожу, почти лишенную морщин, на слегка пухлые щеки, массивные плечи, я мог только позавидовать. Ему тридцать один, мне тридцать два… Было. А моя туша, вон, в углу лежит — кожа синюшная, щеки впалые, все лицо в трещинах и морщинах. А ведь я слыл в округе Города Ста красавцем!

Еще бы. Руки две, ноги две, голова одна. Не каждому дано.

Разлитый по деревянным чашкам напиток приятно грел руки. Воден назвал его чи-ай. Судя по тому, что в моей памяти не нашлось слов-аналогов, раньше я с ним не сталкивался. Вкусно. Приятное травянистое послевкусие.

А ведь траву, которая не пытается тебя убить и не ядовита, встретишь нечасто!

Когда я высказался на эту тему, Воден только рассмеялся добродушно.

— Не знаю уж, что за жуть творилась в твоем родном мире, но пора тебе отвыкать. А то будешь от каждой тени шарахаться — быстро раскусят.

— А ты, я вижу, в целом не сильно удивлен произошедшему? — меня с самого начала занимал этот факт, но теперь пора спросить прямо.

— Да нет, почему, я удивлен тем, что просто огромные объемы сырой Крови Богов позволяют разрывать мировую грань. А тому, что наше измерение — не единственное… Так ты не первый, не сотый и, полагаю, не последний, кто умеет ходить между мирами. Теоретики Академии пока не разработали принципы таких путешествий, но, полагаю, еще успеется. Мы не так уж давно перестали верить в чудеса и сказки и приобщились к истинной магии.

— Вот как, истинной магии, значит… Ну-ну. Но не уходи от темы. Кто ты, что здесь делаешь, зачем притащил сюда вашего принца? Ты говоришь, что маги у вас сейчас на коне — так что ты, маг, забыл в такой глуши?

Воден слегка замялся, но затем отхлебнул немного чая, как я для удобства сократил название напитка, и начал свой рассказ.

— Видишь ли… В целом магия в почете. Унаследовать титул, или землю, не являясь магом, в Республике фактически невозможно. И всех, кто может колдовать и у кого хватает средств пройти испытание силы, обучают во Вселенской Академии. Так в ходе обучения ты выбираешь факультет, тебе присваивают статус в зависимости от способностей и усердия… А еще дают прозвище. Оно меняется периодически, а может вообще не прицепиться. Но, оканчивая Академию, ты всегда получаешь прозвище, заменяя им свою фамилию. Если человек, представляясь, называет имя и прозвище — он как правило маг.

— Ага. — вставил я свои пять каринов. — И все, чего ты заслужил, пока учился, это прозвище Зануда?

Воден посмурнел, но затем глянул на меня с вызовом.

— Вообще-то, Зануда — не худшее прозвище. Далеко не худшее. Как минимум, я умею серьезно подходить к изучаемым вопросам и ставить на место тех, кто любит болтать, не разбираясь хорошо в том, о чем болтает. И вообще, многие великие маги оставляли выпускное прозвище, даже если оно было совсем смешным. Позапрошлого архонта Эфтея звали Малигас Припадочный, к примеру. А один из виднейших ныне адмиралов — Пирея Лужа… А…

— Да понял я, понял. Нет никаких проблем с твоим прозвищем, оно просто соответствует реальности. У нас, вон, магов вообще нумеровали. Хватит вилять и переходи к делу.

— Для того, кому я только что спас жизнь и душу, ты слишком резко себя ведешь, смею заметить. Но ты прав — я далеко не самый выдающийся волшебник и просто-напросто не выдержал в Эфтее конкуренцию. Тыкался, мыкался туда-сюда, ну и год за годом сдавал позиции. Магу всегда нужно практиковаться — а моя специальность требует быть при деле. При деле в моем случае означает при управлении чем-нибудь. Я окончил факультет Сбережения… Не важно. В общем, моя магия направлена на эффективное управление вверенной мне территорией.