— «Тройки» и галстуки — не обязательно, — смилостивился начальник, словно бы не заметивший насмешки, — но будьте добры выглядеть отныне прилично. В том числе и девушек в мини-юбках касается, — обратил Антон Сергеевич свой взор на вспыхнувшую Олечку. — И еще, с завтрашнего дня будьте любезны появляться в офисе к девяти утра, как положено, а не когда вам заблагорассудится. Ольга, а вы повесьте у входа график, и пусть все приходящие расписываются. Проследите.

Не обращая внимания на ошалелые взгляды сотрудников, главред набрал в грудь воздуху и понесся дальше:

— Ну а теперь по существу: концепция журнала требует серьезного пересмотра. Нам надо выйти из тени, разделаться с сопливым сюсюканьем. Знаете, что я услышал на одной важной презентации? Что «Лучший питомец» за глаза называют «Пусиком». Пусиком! Это же надо придумать… Я внимательно ознакомился с предыдущими номерами. Невозможно всерьез воспринимать этот лепет. «Как почистить ушки…», «Лучшие салоны красоты…» Так и хочется сказать: тьфу.

Катя с Элеонорой переглянулись. Благодаря их стараниям в коллективе давно было достигнуто соглашение: не ругаться, грубо не выражаться и некультурно себя не вести. Без особой необходимости, конечно. Сплевывание в адрес общего детища на глазах создателей, безусловно, относилось к запрещенному типу поведения.

— Кому это может быть интересно? На кого вы вообще рассчитываете, хотел бы я знать?

Катя подняла руку, как ученица в школе. Она встала, демонстративно поправила блузку и, вытянувшись в струнку, отчеканила:

— Основной аудиторией являются любители домашних животных, не заинтересованные в коммерческой выгоде от их разведения. Мы относимся к журналам «для семейного чтения», поэтому…

— Достаточно! Стоп! — главред резко перебил ее, подошел и фривольно похлопал по плечу, призывая сесть на место. — Это сказки. Сказки, которыми вы сами себя тешите. Откройте окна, впустите свежий воздух! Как вы себе представляете нормальную семью? Мама, папа, бабушка, дедушка, двое детишек — мальчик и девочка, все после вечернего чая садятся на диван и листают вот это, — он презрительно потряс майским номером, — обсуждая, какая из мохнатых псин симпатичнее пускает слюни? Вы в это верите?

— Вообще-то мы дома именно так и проводим вечера, — негромко заметил дизайнер Леша, молодой отец двух очаровательных ребятишек.

— Это байки для окружающих. Наверняка утыкаетесь в телевизор, а дети дерутся за компьютер, — отмахнулся главред, немного прищурившись в сторону Леши.

— Отыграется он на тебе, — шепнула Катя. Леша достал пачку сигарет и положил ее перед собой. «Мне скучно и хочется курить», — означал этот жест для посвященных. Но главред, незнакомый с тонкостями общения данного коллектива, трепетно относящегося к Лешиной дурной привычке, лишь сердито вытаращил глаза. Леша не дрогнул. Все знали, что если он не покурит и не выпьет чашку кофе, то выбьется из колеи и никаких идей как минимум до завтра от него ждать не придется.

— Я могу выйти? — спросил он.

— Я уже заканчиваю. Прежде чем вы все отправитесь… исполнять мои приказания, — слово мои было подчеркнуто особенно выразительно, — я еще раз вкратце объясню цель. В стране, где президент любит охоту, и население нельзя считать бесхребетными лентяями. Не валяние на диване с почесыванием любимой хрюшки должно быть хобби, а охота, бои, спортивные состязания. Пусть собака соответствует своему хозяину. Кроме того, у нас становится опасно жить. Мы должны больше писать про сторожевых собак, про собак-телохранителей… Про поиск взрывчатых веществ. Рубрику «Средства гражданской самообороны» обязательно введем. Вместо «кошачьих страничек», эту пакость вообще надо убрать. Одно название дурно пахнет. Вы записываете? Убираем на фиг материалы по собачьим парикмахерским и пансионам передержки. Вместо этого пойдет реклама полезных животных. С острыми когтями, зубами и давлением в челюстях двадцать атмосфер!

— Бред, — прошептал Андрей. Элеонора еле заметно кивнула.

— Долой гламур! ДОЛОЙ! Вы меня все поняли? Пишем сухо, конкретно, по делу. Жестко и четко. Убедим читателя, что все в его руках!

Он затих, а ошеломленные работники издательства мысленно попрощались со своим упорядоченным мирком. Корректор Вера Петровна же вообще никак не могла взять в толк, зачем ее пригласили на совещание: читать ли про кошечек и пудельков или про бойцовых собак и охоту — принципиальной разницы для себя она не видела, хотя первое, пожалуй, было приятнее. Впрочем, ее куда больше беспокоил другой вопрос: «Неужели и меня заставят приходить каждый день к девяти? Зачем??» — искренне недоумевала пенсионерка, появлявшаяся раньше в редакции лишь по мере производственной необходимости. Однако вслух задавать этот волнующий ее вопрос пока не решалась.

— Сейчас вы все возьметесь за дело, — заканчивал тем временем тронную речь Антон Сергеевич. — И чтобы через два часа, нет, через час у меня на столе был план номера. А вы, — он ткнул в Лешину грудь пальцем, — предоставите мне новый макет. Никаких кошачьих следов по полям, бантиков в заголовках и розового фона. Разработайте сочетание. С серым, синим, темно-зеленым. И вот этот кошмар, — главред потряс обложкой, показывая на ленту с девизом под заглавием журнала, — замените.

— А девиз чем не угодил? — Катя растерянно смотрела на золотые буквы: «Лучший питомец — тот, который нравится своему хозяину».

— Чепуха. Нравится — не нравится, это глупо и по-детски. Надо так, — он написал на бумаге: — «Лучший питомец — тот, в котором хозяин УВЕРЕН». Будем делать ставку на надежность.

Леша меланхолично курил на лестнице, сбежав даже от привычной компании, — ему хотелось подумать в одиночестве. Все-таки интересно, этот новый главред — он совсем больной на голову или прикидывается? За час нарисовать концептуально новый дизайн-макет журнала — с таким Леша до сих пор не просто не сталкивался, даже не слышал ни от кого. «Ладно, пойдем изобразим бурную деятельность, а там видно будет», — решил он и затушил окурок.