– А потом забрался сюда, – кивнул на чердачное окно. – Но почему оно открыто? Разве ты не боишься, что кто-нибудь заберётся?

Иоко довольно улыбнулась.

– Об этом попросила Рангику. Сказала, что вскоре ко мне могут наведаться гости. Она не стала уточнять, кто именно. Но я сразу подумала о тебе.

– Что ж, надо будет её поблагодарить отдельно.

– Успеешь, – в глазах Иоко блеснули искорки. – Но ведь я тоже заслужила благодарность?

– Конечно, – я поклонился ей. – Как только со всем разберусь, обязательно расскажу всем о твоей помощи. Думаю, Ито-сама будет рад это слышать. Насколько я помню, у тебя несколько натянутые отношения с моей семьёй.

– Да, – она смущённо опустила взор. – После того, что натворил Кента, наше имя запятнано.

– Кента, – пробормотал я. – Непривычно слышать его настоящее имя. Я привык называть его по фамилии – Сидзаки.

– Как ты пожелаешь, – женщина вновь посмотрела на меня голодным взглядом, от которого у меня по телу пробежались мурашки. – Но теперь мы твои рабыни. И его имя больше нам не принадлежит. Я хочу начать с чистого листа. Сделать так, чтобы перед моей дочерью не закрывали двери. О ней не должны говорить, как об отпрыске грязного Сидзаки.

С этими словами она отодвинула посуду и опустилась на четвереньки, чуть подобравшись ко мне.

– Скажи, Тсукико, готов ли ты дать нам шанс? – шептала она манящим голосом, подходя всё ближе. – Ради этого я готова на всё.

– Иоко, – я слегка опешил от такой настойчивости и пополз назад. – Не думаю, что сейчас для этого самое удачное время.

– Почему, нет, Тсукико? – заманчиво улыбалась та и подкрадывалась всё ближе. – Разве я тебе не нравлюсь?

– Нравишься, и даже очень, – пробормотал в ответ. – Но Иок-ко-о…

Закончить фразу не успел, так как женщина оказалась совсем рядом. Она отбросила полы плаща и сжала в кулаке то, к чему стремилась. У меня перехватило дыхание, а по телу вновь пробежали мурашки.

Что же за безумная сегодня ночка?

Ладонь Иоко была тёплой и нежной. Прикосновения лёгкие и уверенные. Я не мог этому сопротивляться, поэтому мысленно махнул на всё рукой и расслабился.

Неко, тем временем, склонилась передо мной, будто отдавая мне дань уважения. Её горячее дыхание обжигало и в то же время пробирало до дрожи. А пухлые губки…

Чёрт возьми, Иоко.

Я закатил глаза от удовольствия. То, что она вытворяла с моим телом было божественно. Чёрные аккуратные ушки вздымались и опускались в такт движениям хозяйки. Маленькие зубки изредка сжимались, но от этого становилось только приятнее. А когда женщина поднимала на меня похотливый взор, я возбуждался ещё сильнее. И тогда напряжённая плоть вновь цепляла её зубки.

Но вскоре Иоко чуть остудила свою страсть и выпрямилась.

– Будешь и дальше сопротивляться? – спросила она, медленно развязывая узел на халате.

Её одежда полетела в сторону, и предо мной предстала обворожительная неко. Пышная грудь и бёдра. Тонкая талия и нежная кожа. Несмотря на свой возраст, рождение дочери и тяжёлую жизнь, Иоко не потеряла женскую привлекательность. Её тело манило, заставляло бурлить в венах кровь. Я хотел её всеми фибрами души.

И поэтому, когда она взобралась на меня, схватил за талию и сжал.

– Эй, полегче, – улыбнулась женщина и склонилась к моему лицу. – Ты ведь не хочешь, чтобы всё так быстро закончилось?

– Нет, – прошептал я, не в сила отвести взгляд от чарующих глаз. – Продолжай.

За этими словами последовал сладостный поцелуй. Нежный, как и сама Иоко. Казалось, что она смаковала каждый момент нашей близости и делилась этим, своей радостью и наслаждением.

А в следующий миг я оказался в ней. Всего лишь одно плавное движение её бёдер, и я готов был рычать от удовольствия. Но она не отпускала мои губы, не собиралась прерывать поцелуй. И с каждым мгновением он становился всё более страстным и жадным. А вместе с этим и её движения. Она постепенно ускорялась, крутила телом из стороны в сторону, заставляя меня дрожать от нетерпения.

Иоко выгнулась и посмотрела похотливым взглядом. Не говори ни слова, распахнула мой плащ и провела по оголившемуся телу ноготками, оставив тонкий розовый след. Я выпрямился следом за ней и обхватил за спину. Прижался к горячей груди, услышав, как часто стучит её сердце.

Наше дыхание стало тяжёлым и прерывистым. С каждым мгновением приближался тот миг, наполненный внеземным наслаждением. Любовница впилась ноготками мне в плечи. От лёгкой боли я глухо зарычал и, чтобы заглушить самого себя, вцепился губами за набухший сосок. Иоко издала протяжный стон и выгнулась в спине, запрокинув голову.