— Осторожный, черт. — Он снова взглянул в зеркало. — Теперь всем внимание. Глядеть, куда едем. Переезжаем через мост, и мы на его земле.

Автофургон прогрохотал по доскам, перекинутым через канаву, и Орделл снова взглянул назад.

— Видите вон ту большую железную хижину? Там он и держит все свои пушки и тому подобное военное барахло. У него на джипе установлен М-60. Его тоже нужно будет оторвать оттуда. Еще ручные гранаты. У него есть также несколько уже заряденных противтанковых гранотаметов, снабженных подробной инструкцией, как стрелять, и как затем избавиться от ставшего ненужным приспособления. Это оружие разового применения. Например, какой-нибудь государственный муж разъезжает в своем роскошном авто где-нибудь в Медельине — бам, и его нет.

Думаю, он там будет один, — продолжал Орделл. — Его жене надоело ходить здесь дозором и смахивать пыль с его пушек и прочего хлама. Она ушла от него. — Однако, выехав на подъездную дорожку, помыпанную гравием, он тут же возразил сам себе. — Нет, похоже, как раз сегодня утром наш общий приятель принимает гостей. Мотоциклы...

Позади пикапа были оставлены два «Харлея», и автофургон остановился рядом.

— Они сейчас на стрельбище, — пояснил Орделл. — Это за железным сараем.

Стрельбище представляло собой длинный прилавок под навесом, находившийся примерно в пятидесяти ярдах от дома. Там стояли двое. Еще дальше на столбах были укреплены мишени и насыпан высокий земляной вал, с виду напоминающий дамбу.

— Парочка «Рокеров за расизм», — пояснил Орделл, — практикуется, как они будут расстреливать нас, афро-американцев, когда мы займем дома в их кварталах и станем трахать их баб. А теперь всем залечь. Как только мы с Луисом выйдем, вы здесь затаитесь и будете сидеть тихо, как мышки. Ясно? В окна не выглядывать. Начало стрельбы в доме будет для вас сигналом. Выходите и убираете рокеров. Таково ваше задание в этой операции. Итак, индюшиная охота, всем все ясно? Слушайте.

С улицы, со стороны стрельбища доносились хлопки одиночных выстрелов.

— Стреляют из пистолетов, — пояснил Орделл. — У них мишени, на которых нарисованы страшилы-негры. Нигер, выходящий на них с мачете в руке — знаете, такой тупой козел заслуживает смерти, если у него даже пистолета нет.

Луис снова взглянул назад через плечо. «Шестерки» принялись за кокаин, зачерпывая насыпанный в пакетик белый порошок чайными ложечками — у каждого была своя! — вдыхая его, и утирая нос рукавом.

— А pistocolos у нас и свои собственные имеются, — сказал Орделл, в очередной раз взглянув в зеркало, а затем вытащив из «бардачка» армейский автоматический «Кольт .45». Проверив пистолет, он сунул его в комбинезон, бросив Луису, — Ну что, готов? Идем. Раньше начнем, раньше кончим.

Луис вышел из машины, держа в руке «Моссберг», спрятанный в свернутой газете. Он поправил «Беретту», ствол которой больно упирался ему в пах, а затем вытащил надоевший пистолет из-за пояса — черт с ним — и оставив его на сидении, захлопнул дверцу. Луис зашел с другой стороны фургона, где его уже поджидал Орделл. Оглянувшись назад, он увидел, как из его «Тойоты», припаркованной рядом, выходит Мелани со своей плетеной сумкой через плечо. Мелани подошла к ним, и по всему было видно, что она пребывает не в самом радостном настроении.

— А вот и он, — сказал Орделл.

Он помахал кому-то рукой, и Луис взглянул в сторону дома.

— Как дела, Верзила?

Все ещё продолжая улыбаться, Орделл понизил голос:

— Вы только посмотрите на этого педрилу. Вообразил, небось, себя самим Адольфом Гитлером.

Перед крыльцом дома, широко расставив ноги в высоких солдатских ботинках, и подбоченясь, стоял огромный детина в защитного цвета камуфляжных штанах — как у военных во время «Бури в пустыне» — а также в футболке цвета хаки военного образца.

— Если ты решил, что я стану трахаться с этим боровом, — сказала Мелани, — то ты очень сильно ошибаешься.

Ордел обернулся к ней.

— Спокойно. Просто сделай свою часть работы.

Затем он снова обратился к хрзяину.

— Джеральд, ты только посмотри, кого я тебе привез. Помнишь, я рассказывал тебе о Мелани. Так вот это она и есть.

В доме Джеральда обшитые сучковатыми сосновыми панелями стены были украшены развешанными на них головами диких животных и оленьими рогами. Здесь же под стеклом в рамках висели цыетные фотографии экзотических рыб. В гостиной стояла мягкая мебель с обивкой из коричневой кожи, скрещенные мушкеты над камином, различные награды и призы в витрине под стеклом, стойка с расставленными на ней ружьями... Во всем ощущалось отсутствие женской заботы и внимания.

Пока Орделл рассказывал Джеральду, как давно мечтали его друзья побывать здесь, чтобы иметь возможность воочию лицезреть все это великолепие, Мелани прохаживалась по комнате, приглядываясь ко всему, то и дело наклоняясь, чтобы получше рассмотреть какую-нибудь из вещей, выставляя при этом на всеобщее обозрение свой зад, и добившись того, что Джеральд уже не сводил глаз с её тесных шортиков.

Луис стоял, держа «Моссберг» в свернутой газете и оглядываясь по сторонам, а затем подошле к окну, желая взглянуть на заезжих мотоциклистов. Они все ещё были здесь. С улицы продолжали раздаваться пистолетные хлопки.