Илья где-то на полпути к городу, теперь осталось его дождаться, и можно сказать, дело сделано. Бес лениво взглянул на монитор с городским парком и… обомлел. Киоск, где продавали черничное мороженое и где по замыслу Беса должны были пересечься Илья с маленькой Евочкой, был закрыт, роллеты опущены, а на дверях висел большой амбарный замок.

Бес лихорадочно принялся рыскать в базе, пальцы дрожали и не попадали по клавишам. Просмотрев всю цепочку, он застонал и в бессилии уронил голову на клавиатуру.

— Что случилось? — раздалось участливое за спиной, Бес безнадежно мотнул головой в сторону монитора.

 — Все плохо. Они больше не делают такое мороженое. Это конец! — ему хотелось плакать от отчаяния.

 — Ну прямо уж и конец, — заглянул в монитор из-за плеча приятеля Ангел, — дай посмотрю!

Он несколько минут вглядывался в монитор, просматривая цепочку людей и событий, а потом ткнул пальцем в самое начало.

 — Смотри, вот отсюда все идет. Если тут внушить нужные мысли, то можно успеть.

 — Думаешь? — с надеждой поднял голову Бес.

 — Уверен, — кивнул Ангел, — только тебе стоит поторопиться.

 — Мне бы крылья… — вздохнул Бес, но Ангел только руками развел. Не положено!

 — Беги. А я попробую тут прикрыть.

Бес выскочил из Канцелярии, посмотрел на часы покачал головой — «Не успею, бежать долго!» — и камнем рухнул вниз.

Анна Аркадьевна Хмельник смотрела в окно и хмурилась. Анне Аркадьевне было двадцать шесть, настроение у нее было никакое и личная жизнь приблизительно такая же. К тому же долгожданный и взлелеянный отпуск отодвигался на неопределенное время. Кафе, которое внезапно свалилось на нее в качестве наследства и в которое она вложилась, взяв приличный кредит, желаемой прибыли не приносило. Анна потянулась за чашкой, чтобы сделать кофе, передумала, потом снова потянулась.

— Что, накрылся твой отдых медным тазом, Аннушка, — раздался сзади сиплый голос, с шумом прорывающийся сквозь прерывистое дыхание.

Она с изумлением обернулась и увидела смуглую фигуру, одной рукой держащуюся за дверной косяк, а второй за сердце.

— Ну накрылся, — с вызовом ответила Анна Аркадьевна, потом подозрительно прищурилась, — а ты кто такой?

— Я твое спасение, — прохрипела фигура, по кривой пересекла кабинет и, продолжая держаться за сердце, упала в кресло напротив.

Аннушка присмотрелась и все так же подозрительно поинтересовалась:

— А ты часом не тот парень, из-за которого моя личная жизнь унеслась коту под хвост?

— Нет, — слишком торопливо замотал головой Бес, — как можно?

— Ну не знаю, уж больно похож, — задумчиво проговорила девушка, с сомнением разглядывая Беса. — Если ты, сразу предупреждаю, лучше исчезни по-тихому.

— Не исчезну, — отказался Бес, — наоборот. Если сделаешь, как я скажу, и в бизнесе, и в личной жизни все наладится.

— И не просите меня, и не уговаривайте, — ангел-хранитель Олега Семенова закрывал уши, отмахиваясь от Ангела, и упрямо качал головой, — не нужна ему такая жена! Я уже нашел ему девушку хорошую, скромную, не наглую…

— Анечка тоже хорошая! — настаивал Ангел.

— Кто? Ваша Анна? Да она его перед всеми высмеяла, что худой и нескладный, и семья у него нищая…

— Это было в институте! — Ангел схватил коллегу за рукав, но тот ловко увернулся. — На первом курсе!

— Ну и что, а у моего Олега это травма на всю жизнь!

— Твой Олег, чтобы Аньке доказать, на что он способен, бросил триста лет ему ненужные финансы, выучился на повара, стал ходить в тренажерный зал, и все ради нее. Он же до сих пор ее любит! А ты вместо того, чтобы их свести, ему невесту нелюбимую нашел?

— Все лучше вашей вертихвостки!

— Не вертихвостка она! — заступился Ангел.

— А с Федькой кто целовался на глазах у Олега? Я? — возмущению ангела-хранителя не было предела. — Или скажи еще, такого не было?

— Ну было, — Ангел смиренно кивнул, — Бес попутал.

— А вы его обратно взяли!

— Слушай, ну не будь таким мелочным! Можно подумать, твоему Олегу нимб пора выдавать. У тебя список с собой? — повернулся Ангел к своему спутнику. Стоявший рядом и хранивший молчание ангел-хранитель Анны Аркадьевны так же молча вынул из складок плаща свиток и взмахнул им в воздухе. Тот развернулся на приличную длину и явил внушительный список женских имен, исписанный мелким бисерным почерком. Ангел склонился и добавил полушепотом: — Ты только представь, если хранители всех его пассий к тебе разбираться придут!