Войдя в помещение караула, я быстро нашёл ключи от КХО, которую тут же открыл и принялся изучать. Уже через десять минут я разжился неплохим АК-74 и двумя сотнями патронов. Боеприпасов должно было быть больше, намного больше, но где они хранятся, я так и не понял. Снарядив семь магазинов, я задумался об одежде. Бегать в зековской робе, которую к тому же успел заляпать кровью, как-то не улыбалось.

За калиткой, выходящей на тропу караула, лежал ещё один сотрудник, безоружный и пока не обглоданный, голова его было разбита, предположительно, прикладом. Остаётся только догадываться, что здесь происходило, когда вооружённые люди один за другим сходили с ума.

Его куртка была залита кровью, а вот брюки оказались чистыми и берцы пришлись мне впору. Лепень я снял, оставшись в чёрной майке. С тюремным прошлым покончено. Магазины я сложил в найденный подсумок, а те, что не влезли, распихал по карманам.

Выйдя из караулки, я огляделся. Пришло время делать выводы. Итак, что имеем? В госучреждении случилась беда. И не просто беда, а беда с сотнями трупов. Что должно происходить в этом случае? Правильно, район должен быть оцеплен, а сюда аккуратно введут СпецНаз при поддержке танков и вертолётов. Но ни тех, ни других не видно, даже МЧС не прибыло. Два найденных мобильника показывают полное отсутствие связи. Вывод? А вывод простой. Бедствие носит глобальный характер, государство рухнуло, репрессивный аппарат, на который оно опиралось — армия-полиция-суд-тюрьма, более не существует. Немногие выжившие предоставлены сами себе. Немногие? А они есть вообще, или я единственный?

Словно в ответ на мысленный вопрос из-за забора донеслись крики о помощи. Человеческие крики. Возвращаться в зону я не стал, только поднялся на небольшой балкончик на втором этаже КПП. Источник криков был на виду. На одном из столбов, словно орангутан, сидел старый зек. Как его звали, я не помнил, отзывался он на кличку "Старый", сидел давно, имел репутацию юродивого. Он, увидев меня, тут же закричал:

— Псих (знает, оказывается), родной, спаси меня.

Спасать было от кого, у подножия столба стоял десяток голодных тварей в черных робах и с громким урчанием поджидали долгожданный обед. Ждать оставалось недолго. Слабосильный старик сумел с перепугу забраться на столб, но держаться там долго вряд ли сможет.

— Прикинь, Старый, — окликнул я его, — все, кто здесь был, в тварей превратились. Только я и ты. Нам повезло. Из тысячи двое. Круче, чем миллион в лотерею выиграть.

— Да, да… Согласен, — висеть ему оставалось недолго.

— Скажи, старый, а ты на Масленицу все призы собирал? Никто ведь так по столбу залезть не сможет.

— Да сними уже меня, или хоть их отгони, помру ведь… — он заплакал.

— Конечно, — улыбнулся я, поднимая пистолет, — сейчас сниму.

Старый был ещё жив, когда летел вниз, при ударе об землю тоже не убился. Но его вопли быстро заглушило довольное урчание тварей.

Выбравшись на проезжую часть, я прикинул маршрут, зона стояла на окраине города, мне нужно почти в центр, добраться до своего дома, переодеться, взять полезные вещи. По дороге произведу разведку. Странно, что вокруг пока тихо. Где выстрелы, крики жертв, пожары? Или всё население благополучно превратилось в зомби и доело непревратившихся?

Мои раздумья прервал шум за спиной. Обернувшись, я увидел погоню. Полтора десятка зомбаков, хоть и медленно, но неотступно двигались за мной. Я шёл гораздо быстрее, но всё равно с таким хвостом будет неуютно. Сдёрнул с плеча автомат, присел на колено. Стрелком я всегда был отменным. Быстро пристрелявшись, начал валить одного за другим, стараясь попадать в глаза. Стрельба с колена, да с полусотни метров, да в ростовую мишень, которая хоть и двигается, но очень медленно, что может быть проще?

Отстреляв всех, я потратил зря только два патрона. Меняя магазин, я развернулся. Разразившись трёхэтажным матом, снова вскинул автомат. Оказалось, что на звук стрельбы набежало ещё десятка два мертвяков, более того из-за поворота продолжали выходить новые. Прикинув запас патронов, я понял, что проще будет убежать. Так я и поступил, огибая толпу тварей по кругу. Реагировали они медленно, я имел все шансы убежать, но, как оказалось, не всё так просто в этом дивном новом мире. Среди обычных зомби, которые совсем недавно были людьми, нашёлся некто более продвинутый. Выше других ростом, могучей комплекции и без штанов. Лицо, а точнее морда напоминало женщину с КПП, только ещё более уродливое. Широкие челюсти, в которых торчали острые зубы, лысая шишковатая голова. Руки были почти человеческими, только с длинными пальцами и чёрными толстыми ногтями. Тварь эта явно превосходила физподготовкой не только своих собратьев, но и меня. Потому, несмотря на то, что бежал я довольно быстро, дистанция между нами постепенно сокращалась. Убежать бы не получилось, в рукопашную вступать не хотелось, поэтому, отбежав от толпы примерно на двести метров, я развернулся и, схватив автомат, выдал короткую очередь прямо в оскаленную морду. Вопреки моим опасениям, умер он сразу, упав мне под ноги. Потратив секунд пять на осмотр трупа, я обнаружил на затылке у него, маленький серый нарост, напоминающий чеснок. Такой уже видел у той женщины, только здесь больше и твёрже. Изменения тела зашли также ощутимо дальше. Видимо, чем больше съеденного мяса, тем больше изменений. Где потолок у подобного развития неизвестно. Новая зарубка на память: возможны встречи с огромными монстрами.

Дальнейший путь я проделал бегом, в результате чего погоня окончательно отстала. Теперь, выйдя из промзоны, где и находилась зона, мне предстояло идти по жилым кварталам. Простая логика подсказывала, что там, где в момент катастрофы было больше людей, сейчас будет больше зомбаков, поэтому автомат я держал наготове.

Но оказалось, что я ошибся. Причём не в вопросе количества мертвяков, а в вопросе наличия жилого квартала. В родном городе я хорошо знаю расположение улиц, вот за этой пятиэтажкой должна находиться следующая, за ней — ещё. Между ними уютные дворики с детскими площадками. Чуть дальше — школа. Не было ничего.

За первой пятиэтажкой шёл пустырь, заросший травой и редкими деревьями. Через пару километров виднелись ещё дома, но опять не такие. Я протёр глаза. Глюки? Ядовитый газ достал меня? Прислушавшись к ощущениям, решил, что всё нормально со мной. Голова ясная, пульс в норме, зрение и слух тоже. Только пить хотелось, но сейчас, после пробежки неудивительно. Тогда что? За год, проведённый мной в заключении, дома снесли? Да, а пустырь засадили деревьями, некоторые из которых метр в обхвате? Что-то здесь не то.