— Насколько он большой? — Спросила Фэйлин.

— Кажется, они сказали, что в нем два килограмма и четыреста грамм, — ответил доктор, заулыбавшись, когда все ахнули. — Хороший размер в этом случае.

— Спасибо, — сказал папа.

Врач кивнул и поспешил домой, чтобы немного поспать прежде чем, видимо, проработать еще целый день в перинатальном отделении. Несколько медсестер и врач стали везти по коридору инкубатор и приостановились, когда увидели всех нас. Америка первая вскочила с места, за ней поднялся Шепли, а потом и все мы. Камилла и Трентон остались сзади, чтобы помочь Джиму встать на ноги и пройти по коридору.

Мы все заохали и заахали над младшим сыном Трэвиса.

— Он выглядит точь-в-точь как Трэвис! — Сказала Америка с заслезившимися глазами.

— Я не знаю, — сказал папа. — Вижу этот упрямо торчащий подбородок.

— Вы правы, — сказала Америка. — Определенно подбородок достался от Эбби.

— Крепись, кроха, — сказал Трентон, крепко обнимая свою жену.

Я задался вопросом, каково было Трентону и Камилле смотреть, как мы один за другим заводим своих детей в то время, как они все еще пытались зачать. Я знал, что они были рады за Трэвиса и Эбби — это было видно по их лицам, — но в то же время видел их тоску; грусть, которая не пройдет, пока они не заведут своего.

Медсестра повезла малыша дальше, и все, кроме Америки, вернулись на свои сиденья. Я улыбнулся, увидев, что Трэвис приобнял Америку за плечи, а она обняла его и плакала от счастья. Они обменялись несколькими фразами, после чего он подвел ее к нам.

Я встал и несколько раз встряхнул его руку, прежде чем обнять.

— Поздравляю. Мальчик выглядит отлично.

— А то, — ответил Трэвис. Он выглядел одновременно уставшим и энергичным, счастливым и беспокойным.

— Как вы решили его назвать? — Спросил папа.

Трэвис хлопнул в ладоши, уже гордясь придуманным именем.

— Картер Трэвис Мэддокс.

Все ахнули, а потом радостно рассмеялись.

— Конечно, это ведь не будет всех путать! — Сказал Трентон. Папа дал ему подзатыльник. — Ауч! — Он потер голову. — Что я такого сказал?

— Джеймс, Эзра, Холлис, Элай, Эмерсон, Гэвин и Картер Мэддоксы, — сказала Америка. — Бедные Джесс, Хэдли и Стелла.

— Десять, — сказал папа, выпрямляясь. — На сегодняшний день у меня десять внуков.

— На сегодняшний, — сказал Трентон. — У нас в планах скоро добавить еще одного.

Камилла ответила натянутой улыбкой. Непонятно было, она просто устала или уже потеряла надежду.

— Пойду обратно, — сказал Трэвис.

— Могу я пойти с тобой? — Спросила Америка. Трэвис кивнул, она вскочила и поцеловала мужа на прощание, после чего они ушли.

Мы уже в четвертый или пятый раз за эту ночь снова расселись по своим местам. Все притихли, одновременно уставшие и счастливые от того, что мы все вместе собрались. Я все еще видел в глазах Элли, Фэйлин и Тэйлора тот же шок, что испытывал сам. Мы были в нескольких метрах от трех убийц, и я до сих пор не был уверен, что об этом думать. Я даже не был уверен, стоит ли поднимать эту тему.

Папа, наконец, заговорил.

— Нам всем стоит поспать. Утром приедет Лииз.

ГЛАВА 15

Трентон

— Ты знал, пап? О Томасе? — Спросил Тайлер.

— Что именно? — Спросил в ответ он.

— Что он из ФБР.

Я рассмеялся, но больше никто не воспринял это как шутку. Я покачал головой.

— Ни за что. Томми — агент ФБР? — Я осмотрелся, и мой взгляд зацепился за мою жену, чьи щеки покраснели. — Ты знала? — Спросил я с болью.

— Детка, — сказала Камилла, потянувшись ко мне. Я попятился. Несколько часов назад я был готов ударить кого угодно, если мне не позволят забрать ее с работы. Теперь же я не был уверен, что мог на нее смотреть.

— Папа? — Сказал я. — Ты тоже знал?

Папа довольно долго молчал, после чего кивнул.

— Да. С самого начала.

— Откуда?

Папа пожал плечами.

— Замечал всякие мелочи. Я внимательный, знаешь ли.

— Что еще ты знаешь? — Спросил Тэйлор.

Папа улыбнулся и поджал губы.

— Я знаю все, сынок. Вы мои мальчики. Знать — это моя работа.

— О чем вы говорите? — Спросил я.

— Мы, хмм, — начал Тэйлор. — Мы не страховые агенты.

Элли взяла Тайлера за руку, прежде чем он заговорил:

— Мы пожарные.

— Ни хрена себе! — Сказал я, шокированный. — Я единственный, кто не врет о своей работе?

— Ну, — сказала Элли. — Если Томас не занимается рекламой, тогда он не брал в свою фирму Трэвиса.

Все переглянулись, пытаясь разобраться.

Элли подняла брови:

— Или, может, он взял его к себе на работу, но не в качестве рекламщика.

— Ну уж нет, — сказал я. — Трэвис работает федералом? — Я посмотрел на Камиллу, та выглядела смущенной. — Вы меня на хер разыгрываете?