— Мы должны все делать правильно, Трент, — Ответила я. — Они просто пытаются удержать нас всех в безопасности. Почему ты так усложняешь им работу?

Трентон сник:

— Говоришь, прямо как мама.

— Я знаю, ты хочешь ее забрать, чтобы она чувствовала себя в безопасности, но нам нужно побеспокоиться о том, чтобы мы все действительно были защищены. Больше никаких споров. Хватит выплескивать свой мэддоксовский мужской шовинизм. Агент Перкинс заберет Кэми, а ты будешь слушаться, пока мы во всем не разберемся.

Агент Перкинс звякнул ключами, и агент Блевинс шагнул в сторону, чтобы пропустить его. Дверь закрылась, и Трентон протопал мимо нас наверх по лестнице. Шепли последовал за ним.

Я вернулась в гостиную, где стояли Трэвис с Эбби. Когда я оказалась в пределах слышимости, они перестали перешептываться.

— Отличная работа, — сказала она, похлопывая меня по плечу. Я отстранилась. Моя реакция поразила ее. — О, прости. Я не имела в виду...

— Что ты мне не договариваешь? — Спросила я.

Эбби взглянула на Трэвиса.

— Не смотри на него, — огрызнулась я. — Я спрашиваю тебя, свою лучшую подругу. Свою невестку.

— Мерик, — начала она.

Я приподняла бровь.

— Тщательней подбирай слова, Эбби. Мои дети скрываются в этом доме от какого-то неизвестного нападавшего, и если ты знаешь, почему, то лучше тебе рассказать мне.

— Я... — Начала Эбби, но поморщилась. Она дотронулась до своего живота.

— О, хватит, — сказала я. — Даже не пытайся.

Она выдохнула, а затем потянулась к Трэвису, и он поддержал ее.

— Серьезно? — Спросила я. — Ты разыграешь схватки, лишь бы не рассказывать мне правду?

— Они у нее уже несколько недель, — сказал Трэвис.

Я скрестила руки.

— Ты мне это не рассказывай.

Она выпрямилась и кивнула мужу, давай понять, что все закончилось.

— Ну? — Сказала я.

— Мерик, не сейчас. Эбби надо подняться наверх и отдохнуть. Ей сейчас не нужен лишний стресс.

Я закатила глаза.

— О, пожалуйста. Я родила три огромных мальчика Мэддокса. С каждым мучилась не меньше сорока восьми часов, и все они весили больше четырех килограмм. Я поехала рожать Эмерсона только после того, как забрала Эзру с двухчасовой бейсбольной тренировки. Она не первая женщина, у которой схватки.

— Америка! — Сказал Шепли из-за моей спины.

Я скрестила руки, не собираясь сдаваться.

— Правду. Прямо сейчас.

Трентон вернулся с извиняющимся выражением лица.

— Простите, ребят. Я...

В этот момент из-под халата Эбби хлынула вода.

— О. Моя. Ланта [1] , — сказала Эбби, глядя вниз.

[1] «О, моя Ланта» — выражение из телевизионной рекламы, один из вариантов замены обычного восклицания «О, мой Бог».

Секунду мы все стояли в замешательстве. Вторым отреагировал Трэвис.

— Это у тебя? — Он слегка приподнял ее халат и затем взглянул на нее, широко раскрыв глаза. — У тебя только что отошли воды?

Она кивнула.

— О, дерьмо, — сказал Трэвис.

— Думаю, теперь мы можем выйти отсюда, — невозмутимо сказал Трентон.

Я дала ему подзатыльник.

— Ауч! — Воскликнул Трентон, потирая затылок. — Что я такого сказал?

— У нас всего два агента, — сказал Трэвис Эбби.

Она тяжело задышала, сосредоточившись на новых, более сильных схватках. Я по опыту знала: те схватки, что наступают после отхода вод, в десятки раз хуже.

— Нам нужно, чтобы кто-то сюда приехал, — сказала я.

— Нет, — простонала Эбби. — Мне нужны обезболивающие. Я хочу их. Много, очень много обезболивающих.

— Тогда что нам делать? — Спросила я.

— Возьмите полотенце и уложите меня на диван, пока решаете это, — ответила Эбби сквозь зубы.

Я побежала за полотенцем, а Трэвис взял ее на руки и отнес к дивану.

— Дерьмо. Вот дерьмо ! — Воскликнула Эбби, после чего из нее вырвались демонические звуки, звучащие так, будто она была диким котом, собиравшимся воевать за свою территорию.

Я сложила полотенце и положила его на диван, после чего Трэвис осторожно опустил ее на подушки. Он встал на колени перед ней.

— Если я заберу тебя, у них останется только агент Блевинс, пока не приедет подмога, а на это может потребоваться время.

— Есть еще двое, — сказала Эбби. Ее лицо покраснело, и она сосредоточилась на том, чтобы вдыхать через нос и выдыхать через рот. Ее глаза наполнились слезами. — Это слишком рано, Трэв.

— Что мне сделать, детка? — Спросил он.