Его пальцы быстро застучали по клавишам. На экране возникла схема всего здания с подсвеченными областями и бегущими в дополнительных окнах строчками данных.

– Протоколы безопасности… Отключить, – пробормотал Семен, наживая на сенсорные кнопки. – Камеры наблюдения… Отключить. Оповещение экстренных служб… Отменить.

Адепт «Обсидиана» откинулся на спинку стула и удовлетворенно кивнул. За его спиной медленно раскрылись двери лифта.

– Опаздываете, – усмехнулся Семен.

Вошедший первым мужчина ничего не ответил. Он был одет в рубашку с подвернутыми рукавами и с расстегнутой верхней пуговицей. На шее висел электронный пропуск с явно чужой фотографией. Остальные бойцы выглядели так же.

Один из них молча вытащил из переброшенной через плечо сумки выносной жесткий диск и подсоединил к одному из терминалов.

– Сколько? – быстро пройдя к другому терминалу, спросил командир группы.

– Девятнадцать минут. Вирус вошел в систему. – Человек с жестким диском взглянул на экран планшета.

– Хорошо. – Мужчина кивнул и посмотрел на часы.

Остальные бойцы в этот момент закрепляли на стенах блоки пластиковой взрывчатки.

– Операция в Минфине прошла успешно, – наконец сообщил глава группы. – Верхние этажи горят, все городские службы сосредоточены там.

– Семнадцать минут. Вирус начал уничтожение архива с данными.

– Прекрасно, – улыбнулся лидер отряда и снял темные очки.

Его остекленевший взгляд был пуст.

– На этом все, мой друг. – Он протянул Семену руку. – Было приятно с вами сотрудничать.

– Да, мне тоже, – кивнул Семен и, пожав протянутую руку, взялся за пистолет. – Все остальное по воле «Обсидиана»?

– И никак иначе! – продолжая улыбаться, подтвердил глава группы.

Последний из бойцов закончил размещать взрывчатку. На контрольной панели бомбы загорелся зеленый огонек. Семен раскрыл рот и засунул туда ствол пистолета. Затем зажмурился и спустил курок.

Александр Хофф медленно открыл глаза и, тут же застонав от нестерпимо яркого света, вновь зажмурился. Проморгавшись, захрипел и попытался приподнять голову. Он лежал на спине посреди раскуроченного джипа, прижатый согнутой дверью к потолку, ставшему полом. Прямо над ним, буквально в сантиметре от его лица, покачивалась пряжка разорванного ремня безопасности. Чуть выше сквозь дыру, образовавшуюся на месте багажника, виднелись кусок низкого серого неба, заснеженная насыпь и трасса с пробитым отбойником. Где-то совсем рядом что-то медленно капало, в салоне остро пахло бензином, и слышался треск вылетающих из раскуроченной приборной панели искр. Не самое лучшее сочетание, решил сержант и поморщился.

Быстро освежив в памяти курс подготовки, Хофф осторожно пошевелил пальцами рук и ног. Поняв, что каким-то чудом он сумел избежать переломов, усмехнулся и попытался отодвинуть придавившую его дверь. Погнутый кусок металла со скрипом поддался, и сержант сумел высвободить ноги. Согнув их в коленях и подтянув под себя, развернулся на бок. В глаза бросился приклад, зажатый между пустыми сиденьями.

Протянув руку, Хофф подцепил ремень штурмовой винтовки и потянул оружие. Упавшая сверху G36 больно ударила по животу, и Хофф выругался.

– Сэр? – раздался откуда-то за спины знакомый голос. – Сэр? Вы живы?

Раздался скрежет отодвигаемого металла, и сквозь новую дыру в обшивке автомобиля забрезжил свет. Чьи-то руки схватили Хоффа за воротник и потащили наружу.

– Осторожнее, у него могут быть переломы, – сообщил второй человек, и сержант улыбнулся, узнав Мауса.

Майкрофт вытянул Хоффа из раскуроченного салона и, положив на снег, шумно выдохнул.

– Ну и тяжелый же вы, сэр! Встать можете?

Хофф кивнул и, опершись о предложенную руку, поднялся с земли.

– Это все? – осведомился наемник, окинув взглядом место катастрофы.

– Да, только мы четверо, – поморщился Майкрофт, держащийся за окровавленное плечо.

Маус молча кивнул и поправил тело Гамильтона, которого он нес на себе. Два автомата – его и Эндрю – болтались у медика на шее.

– Ясно… – Хофф посмотрел на смятые от удара джипы.

У того, что лежал сверху, еще вращалось одно из колес – значит, времени с момента аварии прошло совсем немного. Из люка возле покореженного пулемета высовывалось мертвое тело. На снегу под ним собралась кровавая лужа.

– Штаб, прием? – Хофф дотронулся до наушника, не спуская глаз с автострады. – Штаб, ответьте!

Сквозь статический треск помех пробился голос оператора:

– Слышу вас, «Красный-Танго-14»? Где вы?

– Мы на каком-то пустыре… – Хофф повернулся и, прикрыв глаза ладонью, приставленной козырьком ко лбу, вгляделся в серые панельные многоэтажки на другой стороне заснеженного оврага, поросшего редким бурьяном. – Из ориентиров… здесь только несколько деревянных сараев и больше ничего.