– Двадцать пять тысяч?!
– переспросила Мари.
– А выглядит на все сто!

– Это «pony car». У него такая задача — круто выглядеть.

– Что значит «pony car»?

– Ну это когда спортивного в машине только внешность. Впрочем, есть еще модификации с очень мощным двигателем, они стоят до двух раз дороже, но отличия на этом и заканчиваются. Подвеска и основные материалы далеко не спортивные.

– Ну и ладно!
– Мари хитро подмигнула.
– Прокатишь на своём «пони»? Я не верю, что она плохо ездит!

– Обязательно. Только давай завтра, а? Я, если честно, безумно устал. Кстати, едет она просто супер. Никакие пежо-рено не сравняться.

– Не сомневаюсь. Нет, конечно, я и не имела ввиду, что прямо сейчас. Я сама еле стою на ногах. Но завтра я от тебя так просто не отстану! На баке, кстати, я тоже хочу. Никогда не ездила!

– Не боишься?

– Ммм... немножко. Но мне кажется, что это очень сексуально.

– Это да!
– Джек кивнул с самым довольным видом.
– Девчонки от его вибраций и рокота начинают волноваться уже через пять минут полёта.

– Я уже волнуюсь! Давай будем считать, что мы уже сегодня прокатились?!

В ответ Джек хитро подмигнул:

– Пойдём наверх?

– А у тебя мягкий матрас?
– улыбнулась Мари.
– Помнишь, какой был у меня дома?

– Очень мягкий! Тебе понравится!

Весь следующий день Джек занимался улаживанием своих дел. Настал черёд Мари практически неотступно следовать за ним, попутно рассматривая окружающих и их необычную жизнь. Единственное место, куда Джек ходил один, был кабинет его начальника. Он провёл там без малого два часа, но вышел с вполне довольным видом.

– Что так долго?
– спросила Мари, бросая в урну бумажный стаканчик из-под кофе. Уже шестой.

– Никак не хотели отпускать такого незаменимого работника. Для меня уже набралось несколько дел и шеф сначала просто вышел из себя, когда я ему сказал, что мне придётся уйти.

– Уволился?

– Не-а!
– Джек подошел к кофемашине, тоже налил себе стаканчик и сел рядом с Мари, положив руку ей на колено.
– Шеф предоставил отпуск на полгода.

– И ты согласился? Хочешь потом вернуться к работе?

– Конечно. А на что нам потом жить?

– Нам?!

– А ты хочешь расстаться?
– Джек немного отодвинулся, чтобы получше рассмотреть Мари.
– Помнишь, что сказал банкир на прощание?

– Ты уже всё решил?
– она улыбнулась.

– Я был бы не против остаться с тобой.

– Давай не будем загадывать? Мало ли что может случиться.

– Например?

– А вдруг нас убьют?

Джек в удивлении вскинул вверх брови:

– Кто?

– Не знаю... мы с тобой всё-таки не в увеселительную поездку отправляемся. Не забывай - мы вместе лишь потому, что для нас обоих путешествие на Гавайи, сулившее сплошную радость и удовольствия, закончилось весьма плачевно.

– Но если всё будет нормально?

– Тогда и решим. Я не против, ты не думай так, но я уже боюсь что—либо загадывать.

– Договорились! Но, в принципе... «да»?

– Да!
– В его глазах было столько надежды, что Мари не смогла ответить по-другому.

Следующей точкой их дневного похода стал банк, где Джек с предоставленной им суммы уплатил всё. Оставшийся кредит по дому, кредит за машину и мотоцикл, коммунальные платежи, налоги. Итого двадцать семь тысяч девятьсот тридцать шесть долларов. На вопрос Мари о необходимости подобных трат он лишь развёл руками: законы страны очень строги к неплательщикам, а когда сам не знаешь, что тебя ждёт, то лучше оплатить долги, не дожидаясь, пока твоё имя появится во всех компьютерах соответствующих служб. Когда же Мари спросила, зачем покупать всё в кредит, то услышала ответ, типичный для каждого американца: «Все так делают!».

После позднего обеда или, скорее, раннего ужина, который они в своё удовольствие провели в одном из весьма недешёвых ресторанов, Джек и Мари вернулись домой. А уже через каких-нибудь полчаса оба мчались на мотоцикле по фривею Элмера Уивера, под пронзительные повизгивания Мари обгоняя все попутные машины. Затем был удивительный закат на берегу озера Джо Пул и страстный секс прямо на прибрежной растительности, запомнившейся им обоим невероятным возбуждением, позволившим не замечать низкую вечернюю температуру. Домой вернусь в восемь вечера, поужинали, после чего продолжили развлекательную программу, выехав на «Camaro» в район Рокуолл, чтобы насладится великолепным видом, открывающимся с моста на громадное озеро Рэя Хаббрарда. Они долго стояли там, облокотившись на толстые перила и слушая плеск воды, пробивавшийся сквозь шум проезжавших мимо машин. Говорили, говорили, говорили, и, прижимая к себе Мари, Джек ощущал, как от её близости внутри него разливается тепло, возрождая хорошие, простые, такие желанные и естественные чувства.

Утром на улице заметно похолодало. От вчерашних двадцати двух градусов не осталось следа и пришедшие им на смену такие январские «плюс семь» уже не способствовали длительным поездкам на свежий воздух.

– Это нормально? Семь градусов!
– Мария подошла к окну, потянулась и указала на градусник.

– Ага!
– Джек, еще лежавший в кровати, коротко кивнул. Субтропический влажный климат - что ты хотела? Я помню как-то несколько лет назад днём было почти тридцать, а потом наутро снег и минус восемь. Представляешь?! И так два дня, а затем, как по мановению волшебной палочки, снова выше двадцати.